Аннотация доклада В. Флоровой

В. С. Флорова (Москва)

«ANY MOTHER’S CHILD» (ПЕРСОНАЖИ 21 СОНЕТА ШЕКСПИРА)

21-й сонет Шекспира обычно толкуется как противопоставление вычурным стихам, в большом количестве производимым подражателями Петрарки. Некоторые исследователи видят здесь также начало полемики Шекспира с будущими поэтами-соперниками (группа сонетов 78-86). Но, с другой стороны, 21-й сонет ставит еще один важный вопрос – вопрос об адресации. Не исключено, что адресатом в данном случае выступает не Прекрасный друг, но Смуглая дама, а, следовательно, 21-й сонет связан с сонетом 130-м, описывающим возлюбленную поэта в антипетрарковском стиле. Это, безусловно, очень интересные проблемы, но они все же вторичны по отношению к вопросам поэтики. Поэтика же сонета ставит, пожалуй, самую любопытную и почти незамеченную проблему. Дело в том, что 21-й сонет содержит не только противопоставление, но и еще два вида речевых актов: прямое обращение-просьбу (O, let me… truly write | And then believe me…) и описание предмета любви (my love is as fair | As any mother’s child, though…). Причем обращение-просьба и описание разведены. Возникает вопрос: к какому адресату обращается лирический герой с просьбой «верить» «правдивому» описанию его «любви»? Совпадает ли этот адресат с описываемой «моей любовью»? Или под адресатом в данном случае следует разуметь любого возможного читателя сонета? Таким образом, формулируется главная для данного анализа проблема: какова роль каждого персонажа в замысле стихотворения и как она связана с типом используемого автором речевого акта.